April 21st, 2005

х

(no subject)

Это – Рыжий. Так его назвала Юлькина бабушка, и он несет это незатейливое имя с совершенно не плебейским достоинством.
Вот уже несколько лет, когда бабушка ложится в больницу, Рыжий переезжает к нам. Гостит наездами, недели по две.
Мы с ним большие друзья. С ним можно интересно поговорить, а еще он писает в унитаз. Когда животное писает в унитаз, я испытываю какую-то нездоровую радость. Это добавляет нашей дружбе еще больше нежности. Причем, он делает это настолько естественно, что пару раз я ловил себя на мысли: «опять не смыл за собой»…
Он много и громко разговаривает. Иногда немного зануден, особенно, когда просит жрать или зовет спать. Но это вполне по-человечески и поэтому простительно.
Рыжий действительно очень рыж. В Италии считается, что рыжие склонны к предательству. У нас ассоциируется с хитростью и наглостью. Плюс неполноценностью – «что я рыжий что ли?», «рыжий, рыжий, конопатый» и тому подобное. Чубайс, Анатолий Борисыч, при всей моей симпатии, добавил, конечно, стереотипчик.
Так вот. Клал я, извините за резкость, на все эти условности. Я люблю рыжих, а Рыжий – воплощение рыжести.
Вот.

Collapse )